Яндекс.Метрика

Люди практической науки

13.03.2013

«Разрабатывать такие материалы, чтобы одна конструкция могла выполнять несколько функций…»

Интервью с Лаврентием Лаврентьевичем Красновым, начальником сектора теплозащитных и огнезащитных материалов Всероссийского научно-исследовательского института авиационных материалов (ВИАМ).

Интервью с Лаврентием Лаврентьевичем Красновым, начальником сектора теплозащитных и огнезащитных материалов Всероссийского научно-исследовательского института авиационных материалов (ВИАМ).

Л.Л. Краснов работает в ВИАМе более 50 лет. Имеет ряд правительственных наград, наград ВДНХ и других, более 120 патентов на изобретения, звание «Почётный авиастроитель». Участвовал в разработке 30 материалов с уникальными свойствами, которые применяются в промышленном производстве.

Изобретатель «антиквадрата»

Родился я в Алма-Ате, и, когда в старших классах школы передо мной и моими товарищами встал вопрос, какой выбирать жизненный путь, поначалу нам, троим друзьям, захотелось поступать в авиационные училища. Тогда это был, можно сказать, символ времени. Потом решили подавать документы в Куйбышевский авиационный институт. А в конце концов подумали: почему бы не попытать счастья поступить в московские вузы? Так я стал учиться в МАТИ (мне уже тогда нравилась прикладная, практическая наука), а мои товарищи – в МАИ и МГУ. Это был 1953 год, и я с удовольствием хаживал в гости в «высотку» на Воробьевых, тогда Ленинских горах – она была только что построена и производила потрясающее впечатление. Хотя жили небогато, например я – практически, на одну стипендию.

В 1957-м попал на практику в ВИАМ. После прохождения практики и защиты диплома меня пригласили сюда работать, в лабораторию, которая занималась антенными обтекателями. Начальником лаборатории был Мартис Цицеронович Сакаллы, грек по национальности, прекрасный человек и специалист, он, кстати, и моим дипломным проектом руководил. На хороших людей в ВИАМе мне везло с самого начала – работал вместе Виктором Павловичем Фроловым, видным учёным-практиком, участником Великой Отечественной войны, со специалистом высокого уровня Виктором Васильевичем Павловым…

Что касается антенных обтекателей, то тогда ВИАМ вплотную занимался этим важным направлением. Потом оно, со всем оборудованием, было передано в Обнинск, в НПО «Энергия», которое в своё время было площадкой ВИАМа. И тогда было понятно, и сейчас тем более ясно, что практическую науку можно успешно развивать только путем координации научных организаций в рамках всей страны. И не только научных организаций, но и производства, чтобы была преемственность по линии «разработка материалов – разработка деталей и конструкций – промышленное производство». С заводами мы тоже всегда работали в тесном контакте. В то время, например, тесно сотрудничали с Оренбургским машиностроительным заводом. Наши специалисты бывали там в командировках, сутками не выходили из цехов, делали по 25-30 изделий в месяц. Но и оренбургские специалисты не оставались в долгу – примерно в то же время помогали налаживать производство в Обнинске.

Уже тогда проявилась тяга к изобретениям. Помню, когда работал над дипломом, была в изготовлении наших изделий одна операция, связанная с расширением сотовых конструкций, и она проходила очень сложно. Там использовалась такая треугольная объемная конструкция, а я предложил использовать деталь, которую назвал «антиквадрат» – и дело пошло! Тогда, по молодости лет, и не подумал патентовать это как изобретение, да и сложно было патенты оформлять. Каково же было моё удивление через много лет, когда, подрабатывая экспертом в Патентном бюро, я нашёл это изобретение запатентованным – уже через долгое время после того, как его стали использовать у нас. Что ж, в истории изобретательства такое бывает…

А диплом мой тогда отметили как уникальный, и принцип этот потом использовали – например, в ОКБ Микояна.

«Материалы с интересными свойствами…»

Наша работа примечательна тем, что видишь, как разработанный тобой материал с заданными свойствами «работает» в виде деталей и конструкций, какие его характеристики находятся на уровне, а какие нужно ещё усовершенствовать. Изделия, которыми мы занимались в 1960-годы в сотрудничестве с КБ Лавочкина (а это были головные части ракет типа той, которой 1 мая 1960 года над территорией нашей страны был сбит самолет-разведчик Пауэрса) должны отвечать особым требованиям прочности и жаростойкости. Сначала они были двухслойными, верхний обеспечивал жаростойкость при вхождении в плотные слои атмосферы, а нижний – необходимую конструкционную прочность (причём с многократным запасом, который всегда закладывался). А потом мы разработали полимерный композиционный материал, из которого можно было создавать уже однослойные, а значит, более лёгкие конструкции. Есть материалы с такими интересными свойствами, которые меняются в разных условиях. Свойством нашего материала было то, что его вязкость повышалась при повышении температуры (хотя в большинстве случаев она понижается, как это бывает, например, при нагревании мёда). И получалось, что при вхождении в плотные слои атмосферы, при температурах 1600 и более градусов, материал нагревался и становился более вязким, а значит, более прочным, сохраняя свои теплоизоляционные свойства – что и требовалось! Сейчас у нас в ВИАМе достигнут большой прогресс в разработке таких материалов, их ещё называют «умными», и они используются в самых разных сферах – и в космической технике, и в атомной энергетике, и в «оборонке», и, конечно, в авиации. Это очень перспективное направление, которое, однако, базируется на нашем старом принципе – разрабатывать такие материалы, чтобы одна конструкция могла выполнять несколько функций. Как в легендарном штурмовике Ил-2 времен Великой Отечественной войны, в котором броня выполняла также роль части конструкции…

Деятельность сотрудников ВИАМа тесно связана с производством, и всегда приятно, когда изделия из разработанных при твоём участии материалов идут «в серию». Но сначала надо убедиться, что они отвечают всем требованиям! Никогда не забуду, например, как мы участвовали в испытаниях конструкций на огнестойкость в условиях пожара. Поехали на полигон в районе Ладожского озера, смонтировали нашу конструкцию на автомобиле ЗИЛ и произвели выстрел по бензобаку. Вот и пожар! Машина выгорела дотла, кое-что в ней оплавилось, но конструкция из наших материалов осталась целой.

Я говорю «наши», «мы», потому что работа по созданию новых материалов и конструкций из них обычно носит коллективный характер. В течение более чем полувека трудового стажа приятно было сотрудничать с десятками и сотнями людей – из Казанского опытно-конструкторского бюро «Союз», Самарского механического завода, Пермского завода авиадвигателей, Смоленского КБ «Измеритель», КБ «Факел», тульского ОКБ «Сплав», Екатеринбургского ОКБ «Новатор», Тороповского «Вымпела», Ковровского завода имени Дегтярёва, КБ «Иркут», Тушинского ОКБ «Молния» и других.

В 1970 году мне довелось руководить молодежным коллективом ВИАМа, который разработал материал на основе трёхмерноармированных цельнотканых структур для головных частей баллистических ракет. Материал получился таким хорошим и технологичным, что за его разработку коллективу была присуждена премия Ленинского комсомола (для ВИАМа она была первая). Я тогда уже вышел из возраста, в котором присуждают эту награду, однако за молодёжь приятно.

Но, что естественно для любого человека, и о своих личных удачах приятно вспомнить. Например, когда на заводе имени Калинина мой материал впервые был применен в конструкциях твердотопливных двигателей.

Разработка новых материалов развивается стремительно. В 2000-е годы мы совместно с одним НИИ создали углеродный композиционный материал, который используется в головных частях изделий «Булава». Это трёхмерноармированный материал, полуалмаз-полуграфит. Как и наш углеметаллопластик с тончайшими волокнами вольфрама, который используется в сопловых блоках и выдерживает температуру до 2700 градусов, а весит в 12 раз меньше и стоит гораздо дешевле, чем если бы для этих целей использовался вольфрам. Очень интересная работа последних лет – разработка ленточного герметика для топливных баков самолетов КБ «Сухой». Самолеты с баками, сделанными с использованием этого материала, летают уже 4-5 лет – и без проточек.

Разработка нового материала, как и любой творческий процесс, состоит из многих этапов. Тут нужен и упорный труд, и вдохновение. Многому можно научиться у природы. Волоконная структура композиционных материалов похожа на ткань, а первая в мире ткань – это паутина, которую плетут пауки и другие насекомые. Сотовые конструкции, разработка которых сейчас так стремительно развивается, напоминают стебли растений, таких, как камыш или полынь. Весь опыт развития науки показывает, что учёный должен быть пытливым и наблюдательным.

Мне и моим товарищам многое посчастливилось сделать, всё и вспомнить трудно, потому что дневников и мемуаров никогда не писал. О многом напоминают награды – упоминаю о них не для хвастовства, а потому, что они помогают памяти, ими отмечены наши конкретные работы. Вот награды ВДНХ – в 1960-80 годы изделия, созданные из материалов ВИАМ, там часто экспонировались. Гагаринская медаль – за наше участие в разработке антенного обтекателя, теплозащиты и головной части спускаемого аппарата обитаемой орбитальной лаборатории «Союз». Лауреатом премии имени С.И. Мосина (того самого, который изобрёл легендарную винтовку-«мосинку») стал за разработку материалов для изделий «Град». А вот Почётная грамота городской Думы г. Фролово. Выглядит скромно, но мне она особенно дорога, потому что получил её за налаживание производства новых материалов на городском заводе, который тогда оказался в трудном положении. А был он одним из немногих мест, где люди получали зарплату… Выпуск новых материалов, имеющих хороший сбыт, помог и сотрудникам с их семьями, и городскому бюджету.

Я принадлежу к поколению, которое прекрасно помнит трудную ситуацию 1990-х годов. Она казалась особенно тяжёлой для нас – людей, которые были воспитаны на успехах прежних десятилетий и сами имели к этим успехам прямое отношение. Как-то в те времена был я по делам в МИИТе и на обратном пути завернул на ВДНХ, в павильон «Космос», и вижу – бульдозеры ломают стенды, на которых стояли уникальные космические аппараты, созданные, в том числе, из виамовских материалов. Спрашиваю, для чего это, и слышу ответ – тут будут площадки для продажи телевизоров индийской сборки. Чуть не заплакал тогда…

Сейчас положение выправляется. Руководство ВИАМа, особенно наш Генеральный директор Е.Н. Каблов (а я особенно горжусь тем, что у нас с Евгением Николаевичем имеются совместные работы и изобретения), много делает для того, чтобы институт получал новую технику, заказы, словом, развивался. Сейчас в ВИАМе много молодёжи, которой в 90-е годы практически не было. И надо, чтобы молодые специалисты понимали – не всегда было так хорошо, как сейчас, и для того, чтобы закрепить и развивать наши успехи, надо много работать.

«Лаврентий, мы дышим!..»

Для полноценного ощущения жизни человеку нужна не только работа, но и какие-то увлечения, хобби. Я люблю делать коллажи из соломы, сухих цветов и прочей флористики. Вот они, на стенах кабинета – пейзажи, букеты, конечно, женщины и, конечно же, самолёты. Леплю игрушки из гипса, их бывает очень интересно раскрашивать. Тут получаешь удовольствие, как и от основной работы: сначала что-то задумываешь, потом подбираешь материал, работаешь руками – и получается что-то новое, оригинальное, чего до тебя не было.

Есть ещё одно увлечение. Я уже говорил, что занимался не только материалами, но и конструкциями: стремление к творчеству, изобретательству может проявляться по-разному. В последние годы я оформил три российских патента на аппараты для дыхания. Это тренажёры, которые помогают повысить процент углекислого газа во вдыхаемом воздухе. Углекислота – естественное сосудорасширяющее средство, ее в крови должно быть достаточное количество, тогда она обеспечивает обменные процессы в альвеолах лёгких, помогает кислороду «добираться» до клеток. А это снижает риск инфаркта, инсульта и десятков других заболеваний, да и просто повышает качество жизни. В этом я на себе убедился, и не только я. По такому принципу построены йоговские дыхательные практики (в частности, «медленный выдох»), многие современные методики, описанные Агаджаняном, Фроловым, Бутейко, Мишустиным и другими. Эти аппараты для дыхания просты, их можно изготовить в домашних условиях, а пользоваться ими достаточно два раза по полчаса в сутки. Эффект обогащения кислородом организма получается примерно такой же, как от многокилометровой прогулки (хотя двигаться, ходить тоже надо, и как можно больше, иначе мышцы не укрепить).

Почему использование этих методик не развивается так быстро, как оно того заслуживает? Уверен, что дело тут в инертности, а проще говоря, в лени большинства людей, которые предпочитают поглощать тонны лекарств. Это приносит основную пользу не нам, потребителям, а мировым фармацевтическим гигантам.

Как приятно было слышать по телефону голос моего товарища из Перми, в семье которого стали использовать такие аппараты: «Лаврентий, мы дышим!», – было первое, что он сказал в том разговоре. Тогда его сестру хотели увольнять по состоянию здоровья, но, используя дыхательные методики, она поправилась, и вопрос об увольнении уже не стоял.

Дышать, жить, работать – что может быть приятнее?

Основные публикации, проекты и изобретения Л.Л. Краснова

Л.Л. Краснов, В.В. Павлов, А.И. Мокшин. Изготовление крупногабаритных изделий из материала МКФН. Сб. трудов ЛМИ.

Л.Л. Краснов, К.К. Борисова. О коэффициенте трения стеклотканей. Журнал «Авиационная промышленность», 1969 г.

И.А. Матвеева, Р.С. Тихомирова, Л.Л. Краснов, В.В. Павлов, Р.В.Райков. Технология изготовления крупногабаритных изделий на основе многослойных тканей и цельнотканых колпаков. Труды конференции ОНТИ «ЦНИИМАШ».

Р.С. Тихомирова, Л.Л. Краснов, В.В. Павлов. Технология изготовления крупногабаритных изделий методом намотки из материала ТЗ-ФН. Труды конференции ОНТИ «ЦНИИМАШ»

Л.Л. Краснов, В.В. Павлов, Т.Д. Максимова, Г.П. Семенова. Изготовление крупногабаритных обтекателей из стеклопластиков методом пропитки под давлением. Труды ВИАМ.

И.А. Матвеева, Р.С. Тихомирова, Л.Л. Краснов, В.В. Павлов. Свойства и технология изготовления крупногабаритных деталей на основе многослойных тканей объемного переплетения. «Авиационная промышленность» №12, 1971 г.

Л.Л. Краснов, В.В.Трипозов. Исследование свойств теплозащитных материалов при ускоренном старении. Труды НИИ-4, 1972 г. Часть 2.

Л.Л. Краснов, Перов Б.В, З.Л. Котина, Ю.В.Чудетский. Углеродные волокнистые и композиционные материалы. Сб. Труды конференции НИИ Графит, 1974 г

О.А. Елисеев, Л.Л. Краснов, Е.И. Зайцева, А.В. Савенкова. Разработка и модифицирование эластомерных материалов для применения во всеклиматических условиях. «Авиационные материалы и технологии», 2012, №5.

В.В. Павлов, И.А. Матвеева, Р.С. Тихомирова, Л.Л. Краснов, Р.В. Райков. Технология изготовления и свойства стеклопластиковых изделий на основе многослойных тканей и чехлов трехмерного переплетения. Сборник статей «Армированные пластики в конструкциях», ВИАМ 1971 г.

Л.Л.Краснов, З.В. Кирина. Материалы, обеспечивающие защиту конструктивных элементов от теплового воздействия в процессе их кратковременной и длительной эксплуатации при температуре 260оС. Ж. Авиационные материалы и технологии, 2010 , №1, стр3-7.

Л.Л. Краснов Материалы для внешней и внутренней тепловой защиты и защиты от пожара. Сборник трудов Международной научно-технической конференции, ЦАГИ, 2004

Л.Л. Краснов М.Г. Долматовский. Модификация пресс-порошков со стекловолокнистым пресс-материалом. «Полимерные материалы, оборудование, технологии», февраль 2006.

Л.Л.Краснов, З.В. Кирина, В.А. Роговицкий. Ленточный герметик – новые решения в герметизации нерегламентированных зазоров. «Клеи. Герметики. Технология». 2012, №5.

Л.Л. Краснов, Г.М. Волков, А.И. Бузылева, Е.Н. Захарова, Б.Б. Дзгоев Композиционные материалы с трехмерно-армированной структурой, свойства и технология применения // Сборник «Вопросы авиационной науки и техники, Серия авиационные материалы «Теплозащитные материалы», ВИАМ, 1993.

Л.Л. Краснов, В.А. Роговицкий, З.В. Кирина. Ленточный герметик – новые решения в герметизации нерегламентированных зазоров. «Клеи. Герметики. Технологии», № 5, 2012.

Л.Л. Краснов. Теплозащитные углепластиковые прессовочные материалы. «Авиационно-космическая техника и технология», 2011.

Л.Л. Краснов. Облегченные пенотеплозащитные материалы. «Клеи. Герметики. Технологии», 2011

Интервью провел и подготовил для публикации кандидат филологических наук,

доцент М.И. Никитин